(написано для журнала "Деловой Квартал")
Начало 2010 года не предвещало серьёзных перемен на политической сцене Новосибирска. Правда, общественное мнение будоражило «дело Солодкиных» - в СИЗО в связи с обвинениями в причастности к организованному преступному сообществу оказались Александр Солодкин-старший (советник губернатора по физической культуре и спорту) и его сын Александр Солодкин-младший (вице-мэр Новосибирска). Для людей, вовлеченных в политическую жизнь Новосибирска не является секретом, что семья Солодкиных близка к губернатору Новосибирской области Виктору Толоконскому. Сам Виктор Толоконский писал ходатайство об освобождении Солодкиных, которое было проигнорировано.
Тем не менее, «дело Солодкиных» не привело ни к малейшим попыткам «политической элиты» проявить нелояльность к Виктору Толоконскому и подвергнуть его публичной критике. Все помнили опыт 2005 года, когда многим показалось, что время Толоконского прошло и они поспешили встать «под знамена» Александра Карелина и партии «Единая Россия» в его исполнении. Но Виктор Толоконский удержал тогда власть в регионе, а его соратник Алексей Беспаликов с подачи Москвы возглавил региональное отделение партии власти и быстро добился лояльности единороссов. Александр Карелин «ушёл» из новосибирской политики и потом даже в Госдуму избирался от Ставрополья.
В 2010-м никто не хотел снова сделать «фальстарт». Новосибирские политики молча следили за развитием событий, ожидая более ясных сигналов из Москвы.
В это время «внизу» шли новые процессы, которых мы не видели с 90-х. Обычные граждане начали объединяться вокруг общих проблем и пытаться коллективно отстаивать свои права. Наряду с «публичной политикой», в которой партии изображали перед электоратом «борьбу нанайских мальчиков» появилась общественная жизнь, которая, как казалось, никакого отношения к политике не имеет.
2010 год знаменателен тем, что «низовая активность» и «публичная политика» вошли в соприкосновение друг с другом и сегодня первая уже более чем наполовину формирует «политическую повестку дня». Привычная картина мира, в которой политики ведут за собой массы, начала переворачиваться с головы на ноги (именно так!). Сегодня новосибирские политики всё больше и больше вынуждены следовать за требованиями масс.
Но в начале года казалось, что всё ещё обстоит по-прежнему. На март были назначены выборы депутатов горсовета Новосибирска, избирательная кампания шла полным ходом, хотя и не отличалась особой новизной. Кандидаты рассказывали избирателям, какие они замечательные и как много хорошего хотят сделать, почтовые ящики ломились от бесплатной макулатуры, власть мобилизовывала бюджетников, победа кандидатов «Единой России» в большинстве округов была предопределена (кое-где у них даже не было реальных конкурентов).
Но появились и «первые ласточки». РДДДО (Российское движение за доступное дошкольное образование) опубликовало перед выборами список депутатов горсовета, которые голосовали против рассмотрения вопроса о компенсациях родителям, чьим детям не досталось места в детском саду.
Итоги голосования в горсовет Новосибирска обозначили новые тенденции.
На выборы пришли избиратели из числа тех, кто раньше не ходил на выборы (явка оказалась на 5% выше, чем пять лет назад). Эти люди были представителями аполитичного до того «среднего класса» и пришли они проголосовать против «Единой России». Именно тогда выявилось, что Советский, Заельцовский, Железнодорожный и Центральный районы Новосибирска, в которых проживает много интеллигенции и представителей «среднего класса», голосуют за партию власти гораздо хуже, чем «пролетарские» Ленинский, Кировский и Первомайский районы. Хотя «Единая Россия» и получила безусловное большинство мест в горсовете, но тревожным звоночком для неё стало то, что единороссы-«тяжеловесы» Ростислав Шило (директор зоопарка, почетный гражданин города) и Надежда Болтенко (председатель горсовета) победили своих конкурентов, молодых коммунистов Артёма Скатова и Андрея Жирнова вовсе не с разгромным счётом (те набрали более трети голосов избирателей каждый).
Весной «ласточки» полетели одна за другой. Автомобилисты Новосибирска, обозленные превращением дорог города в крошево (по официальным объяснениям, виной тому было недофинансирование в год кризиса и небывало холодная зима) начали украшать свои машины наклейками «Налог есть – дорог нет», «Новосибирск – город разбитых дорог», «Дороги – 3,14 здец», «Какой мэр – такие дороги» и так далее. Это была совершенно спонтанная «низовая активность», к возникновению которой не имели отношения ни партии, ни существовавшие к тому времени активные общественные организации автомобилистов.
На второй год кризиса лопнуло терпение и у дольщиков – тех, кто вложил свои деньги в строительство жилья, а теперь смотрел на остановившиеся стройки, слушая увещевания властей. Возникла Ассоциация обманутых дольщиков и инвесторов (АОДИ), которая проводила митинги буквально на пороге здания областной администрации.
Осенью предстояли выборы в областной совет Новосибирской области, а для партий уже фактически начался цикл подготовки к выборам в Госдуму в 2011 году. И власть, и её партия развернули лихорадочную активность по «затыканию дыр». Идя навстречу автомобилистам, «Единая Россия» весной высказалась против запрета «правого руля» и фактически закрыла эту тему, а на новосибирские дороги пролился финансовый дождь. Из федерального бюджета было выделено почти полтора миллиарда. «Единая Россия» назвала это «партийным проектом» «Новые дороги Единой России» и новосибирцы всё лето могли наблюдать катки и асфальтоукладчики, украшенные партийной символикой (или чем-то, очень на неё похожей).
Родителям малолетних детей, которым не досталось мест в детсадах, повезло гораздо меньше – от них по-прежнему пытались отделаться обещаниями, созданием «рабочих групп» и принятием «партийной программы». Немного были увеличены расходы на ремонт зданий детсадов, но реально решить проблему власть не смогла или не захотела. Даже 1 тысячу рублей, которую было пообещали родителям, чьи дети не попали в детсад – перенаправили на ремонт зданий детсадов. Но тема детсадов и очередей в них попала в «федеральный топ» причём именно благодаря активности новосибирцев. РДДДО (как ранее и ФАР – Федерация Автомобилистов России) стала федеральным общественным «брендом», родившимся в Новосибирске.
Дольщики тоже получили ворох заверений и обещаний, а также постановление о помощи пострадавшим дольщиком. Но реально воспользоваться помощью смогли немногие – были заложены слишком суровые критерии кого считать пострадавшим и нуждающимся. Всего в итоге по этому постановлению дольщикам было оказано помощи на сумму 8 миллионов рублей. В то же самое время областной бюджет на помощь строительному комплексу выделил более миллиарда.
Надо отметить одну неприятную особенность нашей политики. Когда какая-то проблема выходит на поверхность общественного сознания, власти делают вид крайней озабоченности и принимают ряд мер, «копеечных» как по выделяемым суммам, так и по производимому эффекту. Но о каждой такой мере сообщается, чуть ли не как о прорыве. Прекрасный пример – программа семейных детских садов, о которой, как о большом достижении, каждый раз говорят власти Новосибирска, когда заходит речь об очередях в детсады.
Но цифры неумолимы: при очереди в тридцать тысяч детей в детсады в городе в целом, в семейные детсады было устроены менее ста детей.
Когда представители власти по телевизору убедительно и увлеченно рассказывают об этой программе, у обывателя может сложиться впечатление, что власть проблемой озабочена и успешно её решает. Информированные же активисты от подобных «фокусов» впадают в тихую ярость.
Если раньше власти и политики могли спокойно игнорировать мнение небольшой группы общественных активистов, то в 2010 году произошло неизбежное – вера в победные реляции, показываемые по телевизору, стала падать, мнение активистов – расходиться в обществе «от человека к человеку», а благодаря Интернету – с очень большой скоростью.
Вернёмся к политической сцене Новосибирска. Весной у новосибирской власти случилась ещё одна «мелкая неприятность» в череде подобных.
К началу 2010 года региональные отделения «Единой России», ЛДПР и «Справедливой России» возглавляли люди, лояльные губернатору Виктору Толоконскому. КПРФ была более-менее независима, но резких выпадов тоже не допускала. Теперь в этой «партийной системе» появилась брешь.
Из выстроенной партийной системы области вдруг «вывалилась» организация ЛДПР. Владимир Жириновский «вдруг» разразился в Госдуме гневной речью в адрес руководителей Новосибирской области и сместил руководителя новосибирской ЛДПР Виктора Старкова, как излишне лояльного к ним. В Новосибирск вернулся бывший депутат Госдумы от ЛДПР Евгений Логинов в качестве одного из руководителей региональной организации и даже немного пошумел на сессии облсовета. Сессия как раз «правила» закон о выборах. Летом руководителем новосибирской ЛДПР стал Владимир Овсянников, а после выборов в законодательное собрание – Вячеслав Смагин. Евгений Логинов участвовал в выборах в качестве самовыдвиженца (не будем углубляться в дебри партийной политики, иначе завязнем там надолго).
В условиях перманентных «мелких неприятностей» новосибирской власти было крайне важно продемонстрировать, что «в Багдаде всё спокойно», а расстановка сил – неизменна. В византийской системе чрезвычайное значение имеют внешние проявления статуса – правильно ли сели, кто за кем выступает и так далее. Поэтому первая тройка партсписка «Единой России», который сформировала новосибирская организация партии власти, не отличалась оригинальностью: на первом месте оказался губернатор Виктор Толоконский, на втором председатель облсовета Алексей Беспаликов, на третьем – мэр Новосибирска Владимир Городецкий. Этот список был сформирован в начале лета и отправлен в Москву на согласование.
И вот тут-то случилась крупная неприятность.
После продолжительной паузы в августе Москва вычеркнула из первой тройки Виктора Толоконского, заменив его на первого заместителя губернатора Василия Юрченко. Менее заметным оказалось другое изменение – Алексей Беспаликов и Владимир Городецкий поменялись в тройке местами.
Объяснения, прозвучавшие со стороны «Единой России» выглядели неубедительно. Мол, «мы решили поэкспериментировать со списками» и «Виктор Толоконский нам будет полезен в другом качестве». В «политической тусовке» стало крепнуть мнение, что власть Виктора Толоконского в Новосибирске заканчивается.
Впрочем, тут вдруг произошёл кульбит, который чуть было не вернул всё на прежнее место. В сентябре Виктор Толоконский ушёл «на повышение», став полномочным представителем президента в Сибирском федеральном округе, а его заместитель Василий Юрченко стал губернатором Новосибирской области. Обывателю могло показаться, что Виктор Толоконский остался главным, и даже – вырос в должности, оставив «на области» вместо себя Василия Юрченко (как в своё время он оставил вместо себя «на городе» Владимира Городецкого). Но политики, в отличии от обывателей, помнили, что предыдущий полпред Анатолий Квашнин вовсе не был «главным в Новосибирске» и задавались вопросом – как долго после выборов Василий Юрченко будет следовать в «фарватере Толоконского» и будет ли вообще?
Вот в такой забавной конфигурации новосибирская «Единая Россия» «ввалилась» в избирательную кампанию. К этому надо добавить, что кампания «Единой России» оказалась рассеяна по множеству округов, в некоторых кандидаты-одномандатники старались не упоминать о том, что они выдвинуты «Единой Россией». Главные же вызовы «Единой России» со стороны оппонентов остались в итоге без ответа.
Всё, на что хватило партийного креатива – это «новые дороги» (за счет бюджета, как мы помним), переименование облсовета в заксобрание и поражающие бессмыслицей плакаты «За каждого из нас!».
А «неприятности» продолжались. Из «партийной системы области» летом выпал ещё один элемент – «Справедливая Россия». Федеральное руководство «зачистило» региональную организацию партии буквально «на входе» в избирательную кампанию.
Федеральные «эсеры» решили выбрать Новосибирскую область как полигон для обкатки своих избирательных технологий. Сначала они отодвинули прежнее руководство региональной организации в сторону, чтоб не мешало, набрали, кого смогли, в партсписок (включая пару вчерашних «единороссов»), в первую тройку поставили самого Сергея Миронова и двух депутатов Госдумы (причем – не от Новосибирска) и начали бурную кампанию за этот сляпанный на скорую руку «фантом». Город и область заполонили молодые люди в желтых фартуках (партийный цвет «эсеров»), раздававшие тонны макулатуры, в которой ругалась партия власти и правительство (впрочем, руководитель того и другого Владимир Путин по имени не назывался).
Хотя по сути новосибирское отделение партии «Справедливая Россия» представляла собой фантом, а избирательная кампания «эсеров» велась в рамках обычных политтехнологий, она сделала главное – выборы «вышли на поверхность», люди увидели какую-то борьбу и начали обсуждать друг с другом происходящее.
С этого момента рейтинг «Единой России» пошёл вниз – очень трудно придумать убедительный аргумент, почему простому человеку надо голосовать за «Единую Россию» на местных выборах. За неё больше голосуют «по привычке» или потому что «больше не за кого».
Результат «Единой России» в итоге оказался ниже 50% по области в целом (45%), а в Новосибирске и того меньше (40%).
Второе место после «Единой России» заняла КПРФ с 25% голосами, «эсеры» набрали 16%, ЛДПР – 10%. По большинству округов выиграли «единороссы» - они получили фактически 32 округа из 38, 6 досталось коммунистам. Конечный расклад сил в Заксобрании Новосибирской области получился таким: 50 мандатов у ЕР, 16 – у КПРФ, 6 – у СР, 4 – у ЛДПР.
Хотя «Единая Россия» сохранила уверенное большинство в заксобрании, результат был признан федеральным руководством партии неудовлетворительным. Через несколько дней после выборов стало известно, что руководители региональной орагнизации (секретарь Алексей Беспаликов и председатель исполкома Олег Иванинский) лишились своих постов. Алексея Беспаликова сменил на посту руководителя парторганизации и на посту спикера областного парламента Иван Мороз.
Позже Алексей Беспаликов получил «утешительный приз», став членом Совета Федерации.
После выборов начались кадровые перемены в администрации области. И стало понятно, что Василий Юрченко ведёт свою политику без оглядки на Виктора Толоконского – своих постов лишились некоторые чиновники, близкие прежнему губернатору.
Вскоре после выборов вышло мало кем замеченное интервью Василия Юрченко «Газете.ру». Оно содержит некоторые важные для понимания нового губернатора фразы. Например, Василий Юрченко назвал причину невысокого результата «Единой России»: «Мы больше говорили о положительных, на первый взгляд, моментах и не говорили о проблемах, которые существуют в обществе и на территории, как мы их собираемся решать, почему сегодня они не решены. Когда это не объясняется жителям, то мы получаем такую реакцию на действия партии и органов исполнительной власти».
Интервью озаглавлено «Выборы губернаторов реально существуют». «У нас законодательством предусмотрены выборы губернаторов – и они реально существуют. Пройдя недавно этот путь, я вижу, что это выборы – выборы партии, выборы президента, выборы представителей заксобрания региона», - говорит в интервью новый новосибирский губернатор.
Есть основания полагать, что это искреннее мнение Василия Юрченко – ведь выбор его кандидатуры определялся не столько кулуарными договоренностями, сколько задачей – найти управленца, способного решить сложные проблемы Новосибирской области, не довести её до социальных протестов с одной стороны и «сохранить преемственность и стабильность» - с другой.
Итак, вкратце основные политические итоги уходящего 2010 года:
У нас начало зарождаться гражданское общество, которое оказывает всё более заметное влияние на политику и на исход выборов,
В Новосибирской области сменилось руководство.
«Единая Россия» начала терять свои позиции.
Новый губернатор понимает, что выборы реально существуют и что если не решать проблем жителей, то они голосуют против.
Удастся ли новому губернатору поменять логику принятия административных решений, ориентированную на «оптимизацию распила и откатов», сохранится ли память о «реально существующих выборах» или новая власть быстро «забронзовеет», будет ли нарождающееся гражданское общество восприниматься властью как назойливая муха или как партнер в решении социальных проблем – ответы на эти важные вопросы мы узнаем в следующем 2011 году.